Продажа трикотажного полотна из Турции и детских трикотажных изделий украинского производства
Все это чрезвычайно странно.
Ты ходил к ним, да? Хилери кивнул.
Я пыталась поговорить с отцом, - продолжала Сесилия, - но он просто невозможен.
Что ему ни говори - он будто не слышит.
Хилери, казалось, глубоко задумался.
Я хотела, чтобы он подыскал себе кого-нибудь другого, кому диктовать.
Почему? Чувствуя, что продолжать разговор невозможно, если не объяснить цель своего прихода, Сесилия выпалила: - Миссис Хьюз говорит, что ее муж грозил тебе... Лицо Хилери приняло ироническое выражение.
Да неужели? - проговорил он.
Очень любезно с его стороны.
За что же? Чудовищная неделикатность, которую ей предстояло проявить, обида, что ее вынудили к этому, - все это совсем обескуражило Сесилию.
Видит бог, я не хочу вмешиваться.
Я никогда не вмешиваюсь в чужие дела.
Это просто ужасно... Хилери взял ее за руку.
Ну успокойся, дорогая.
Только я думаю, нам лучше поговорить начистоту.
Полная признательности за это дружеское пожатие, она судорожно стиснула его руку.
